Рим-Париж-Милан-Вандер Фил

Истории кончаются, но не сдаются Архивов не терпят огни революций В архивах не сыщешь любви и страданья На пыльных страницах лишь боль ожиданья С моста Иена и с моста Александра Во время прогулок и долгих и странных В таинственных бликах парижских гризайлей Он видел глаза всех Лаур и Азалий И маленькой квартирки прокуренный голос И старые ботинки - намеком на молодость И снова хозяин потребует ренту А значит для песен нет лучше момента Последние сто франков - и на баррикады Свободы там не встретишь, но видно так надо Для вечных влюбленных в Латинском Квартале Огни революций специально включали И вот он поскользнулся на шкурке банана И умер нечаянно, но без обмана И желтые листья летели над Сеной И аккордеон заливался сиреной А сброшенную кожу своей Мелюзины Он так и не узнал под стеклом магазина Зачем он не заметил в глазах ее нежность? Простит ли Париж ему эту небрежность? Все было пунктирно и сентементально Как Эйфелева башня в вечернем тумане Как наша эпоха, бежавшая плохо От ленточки "старт" до последнего вздоха Крути, кинематограф, мне эту love story Годаровские зайчики на старом заборе Калитка в Париж открывается тайно И ты говоришь, как всегда - До свиданья